Управляющая
компания «Лидер» объявила о своей готовности создать фонд,
инвестирующий в искусство. Создавать такие фонды разрешает приказ,
вчера, по сведениям Ъ, принятый Федеральной службой по финансовым
рынкам. Деньги фонду будут помогать приращивать музеи.
Призывы
инвестировать в искусство раздаются в России давно, и признание
живописи хорошим альтернативным активом уже почти никого не коробит.
Тем не менее общее отношение к идее инвестировать в искусство
у участников арт-рынкапо-прежнему
скептическое, хотя каждый из них по отдельности не преминул
бы заработать на перепродаже картины. Тот же скепсис демонстрировало и бизнес-сообщество. Однако такой
фонд уже готова создать управляющая компания «Лидер». Концепция уже
разработана, и как только изменения в положении о ПИФах пройдут
регистрацию в Минюсте, фонд будет создан.
Петр Авен рассказал журналу ART+AUCTION Russia, как ему удалось
создать наиболее полное собрание русского искусства конца XIX — начала
ХХ века/
Петр Авен начал собирать искусство в
1990-е годы. И надо признать, что деловая хватка не подвела
коллекционера — он четко осознавал исключительность сложившихся
обстоятельств. В стране, где торговля искусством долгое время считалась
в лучшем случае спекуляцией, вдруг стало возможным беспрепятственно и
теперь уже легально купить огромное количество первоклассных работ.
Петр Авен не упустил свой шанс и приобрел лучшие вещи «Бубнового
валета» (это, пожалуй, самая сильная часть собрания) — большинство
художников этого объединения остались в России после революции, и найти
качественные картины на отечественном рынке в 1990-е не составило
труда. «В СССР были великие коллекционеры с отличными собраниями, —
справедливо отмечает господин Авен, — но все эти собрания были в разы
меньше моего, потому что тогда не было таких возможностей».
Неудивительно, что теперь в его собрании много работ с благородным
провенансом: Петр Кончаловский из коллекции Мясникова, Кустодиев из
коллекций Руслановой и Рубинштейна, Лентулов — от Шустера, Судейкин —
от Лойцанских.
Я отказываюсь верить, что он Майкл умер. Представляю, что он по-прежнему ходит-бродит одинокий по своему поместью Neverland.А арт-бизнес, как всегда, реагирует на последние новости.
Портрет короля поп-музыки Майкла Джексона, созданный классиком поп-арта Энди Уорхолом, продан за несколько миллионов долларов.
Точную сумму сделки в нью-йоркской Vered Gallery назвать отказались. Уорхол создал портрет размером 76 на 66 см, где Джексон изображен в красном пиджаке, в 1984 году, за три года до своей смерти.
При жизни Джексона портрет был продан домом Sotheby’s за $278,5 тысячи. Vered выставила его на продажу по стартовой цене в $800 тысяч, но потом на некоторое время сняла его с торгов, пояснив, что хочет предложить работу «большему числу перспективных покупателей». Эксперты полагали, что за портрет теперь можно выручить до $10 млн.
Трудно придумать более экстравагантный объект для коллекционирования, чем одежда. Старинных платьев XVII—XIX веков сохранилось мало, а те, что есть, — давно музейные экспонаты. Мода ХХ века, ставшая уже историей, представлена в лондонском Музее Виктории и Альберта, парижском Musée de la Mode et du Textile, а также частных собраниях. Хорошо известна, например, коллекция парижского историка моды Александра Васильева. Время от времени на аукционы попадают вещи, ранее принадлежавшие звездам поп-музыки и кино или особам королевской крови — вроде принцессы Дианы. Поклонники приобретают их ради того, чтобы обладать предметом, к которому прикасался их кумир. Однако все это лишь исключения: трудно представить, что старинная одежда может заинтересовать коллекционеров так же, как картины, антикварная мебель или даже старые ювелирные украшения.
По словам автора книги «Руководство по инвестированию на рынке предметов искусства», «объектом рассмотрения данного руководства являются предметы искусства так называемого инвестиционного качества, т.е., картины и скульптуры, аукционная стоимость которых равна или превышает 5.300.000$, и которые входят в 500 самых дорогих произведений искусства. Прочие же сегменты арт-рынка являются незрелыми и легко манипулируемыми». Барьер оказался слишком высоким. Из русских художников его преодолели только Малевич, Кандинский, Явленский, Сутин, Шагал и Гончарова. Айвазовский, например, остался в «незрелых сегментах». «Руководство..» было издано в 2006 году, на пике дикого роста цен на искусство. Но вот уже в 2007 году вышла книга «Цена искусства» Юдит Бенаму-Юэ, где описана забавная история, которая произошла с одним арт-дилером во время предполагаемого экономического кризиса: «Зазвонил телефон и высветился номер клиента. Но каково было разочарование, когда клиент пришёл не купить, а продать». А уж если говорить о манипуляциях на арт-рынке, то в этой книге собраны самые яркие примеры таких манипуляций с произведениями современного искусства стоимостью десятки миллионов долларов за картину или объект. И как же можно в такое инвестировать - в игры миллиардеров?
По словам автора книги «Руководство по инвестированию на рынке предметов искусства», «объектом рассмотрения данного руководства являются предметы искусства так называемого инвестиционного качества, т.е., картины и скульптуры, аукционная стоимость которых равна или превышает 5.300.000$, и которые входят в 500 самых дорогих произведений искусства. Прочие же сегменты арт-рынка являются незрелыми и легко манипулируемыми». Барьер оказался слишком высоким. Из русских художников его преодолели только Малевич, Кандинский, Явленский, Сутин, Шагал и Гончарова. Айвазовский, например, остался в «незрелых сегментах». «Руководство..» было издано в 2006 году, на пике дикого роста цен на искусство. Но вот уже в 2007 году вышла книга «Цена искусства» Юдит Бенаму-Юэ, где описана забавная история, которая произошла с одним арт-дилером во время предполагаемого экономического кризиса: «Зазвонил телефон и высветился номер клиента. Но каково было разочарование, когда клиент пришёл не купить, а продать». А уж если говорить о манипуляциях на арт-рынке, то в этой книге собраны самые яркие примеры таких манипуляций с произведениями современного искусства стоимостью десятки миллионов долларов за картину или объект. И как же можно в такое инвестировать - в игры миллиардеров?